Илья Черт («Пилот»): «В нашей стране по-настоящему интересная музыка не будет популярна»

Илья Черт всегда отличался широтой взглядов, глобальным охватом любой проблемы и меткими характеристиками. Его определения порою бывают едкими, а порою даже беспощадными. Именно таким лидер группы «Пилот» предстал в интервью для Шоубиз@Mail.ru.

- Не так давно ты прочитал лекцию перед студентами журфака МГУ. Насколько мне известно, речь, в частности, шла о журналистской этике и «запрещенных приемах» пишущей братии. А какие темы в статьях являются табуированными лично для тебя?

- Понятно, что, скажем, какие-то медицинские проблемы и внутрисемейные истории публичных людей выносить на всеобщее обозрение как-то некорректно. Просто есть журналисты, которые специализируются на скандальной «желтой» прессе, но я считаю, что это вовсе не журналистика, а просто слухи и сплетни. Такие репортеры охотятся за скандалами, играют на инстинктах и похоти людей. Я уверен, что такие журналисты не от Бога, это просто бессовестные люди.

- У тебя были какие-то острые моменты, когда из-за неудачных интервью и выноса нелицеприятных подробностей были негативные последствия?

- Конечно, были. Например, оттого, что журналисты меняли несколько слов в тексте, полностью трансформировался изначальный смысл в уже опубликованном интервью. Скажем, например, я говорил: «Я считаю, что люди, исполняющие подобную музыку, поступают непорядочно, они не очень умны». Журналист же вместо этого писал: «Черт считает людей, исполняющих эту музыку, полными козлами». Если корреспонденты позволяют себе такие вещи, то они просто кидают в сторону конкретных людей оскорбления от моего имени. Хотя я ничего подобного не говорил и, мало того, даже так не считаю. Но это все равно выходит в печать, люди читают статью и начинают думать, что я какой-то безголовый придурок. Получается абсолютно лживая картина. Ложь искажает реальность, из-за этого начинается неадекватное отношение к артисту и к его творчеству.

- Тем не менее, в ответ на подобные упреки журналисты обычно говорят: «Мы гонимся за рейтингами, печатаем то, что интересно читателям, а если написать про передовика дядю Васю, это никто читать не будет».

- Все это тоже верно. Есть такая вещь, как психология шлюхи: когда народ хочет посмотреть голую задницу, он получает за деньги все, что угодно. То есть можно и задницей на шесте повертеть. Психология шлюхи – это когда все опускаются до хлеба и зрелищ. Это как у группы «Ленинград»: «Вы хотите песен - их есть у меня!». Причем, понятно, что Шнур над этим смеется, а люди-то абсолютно всерьез воспринимают. То же самое происходит и в журналистике: очень многие до этого опускаются. Вместо того чтобы людей поднимать на новый духовный и нравственный уровень, многие снисходят до уровня конкретной похотливой быдлятины. Причем это касается и телевидения, и радио, а уж Comedy Club - это вообще, какая-то беспросветная чернуха. Если изначально он был отдушиной в юморе, то сейчас он реально деградировал. Смотришь программу 15-летней давности «Вокруг смеха» с Сан Санычем, вникаешь в тонкий интеллектуальный юмор того же Жванецкого или Альтова -  и понимаешь, что по сравнению с ними Comedy Club - это низкосортная матерщина и похабщина!

- Там же все шутки ниже пояса!

- Да, а люди-то над этим смеются, а ты смотришь на них и внутри себя ставишь крест на этой стране. Сразу опускаются руки за что-то еще здесь бороться, когда видишь вот этих радостных людей, смеющихся над пошлостью. Грустное очень зрелище.

- И творчество не спасает? По поводу перспектив выхода следующего альбома «Пилота» ты тоже пессимистически высказываешься. Дескать, в связи с кризисом выпуск пластинки откладывается, а зарабатывать приходится постоянными концертами.

- Всё так и есть, да. Я всем говорю: у нас наступило время под кодовым названием «Гражданская оборона» возвращается-2». Рок-музыкантам опять приходится записываться дома. Естественно, это плохо сказывается на материале, потому что вновь становится бессмысленно бороться за качество записи и за адекватную конкуренцию западным артистам. Все это прекратилось, и я считаю, что мы эту гонку проиграли - на данный момент полностью. В нынешней ситуации мы не можем конкурировать с западными артистами, поскольку у нас элементарно отняли саму возможность это делать. Мы теперь не можем заработать на жизнь музыкой в плане продаж пластинок, а финансовое положение группы нашего уровня не позволяет снять профессиональную студию. Поэтому отныне мы будем записывать песни дома - как Егор Летов.

- А что, далеко ходить не надо, те же «Кирпичи» постоянно пишутся в домашней студии.

- Да, как «Кирпичи» будем дома на компьютере писать. Как сказал Сергей Шнуров, «Вот это, сынок, и есть русский рок!», для которого не надо покупать какую-то там навороченную аппаратуру. Достаточно приобрести «Весну-208» - и слушай на здоровье, разницы нет никакой. Качество будет одинаковое на всех битрейтах., потому что записано все дома на магнитофон на кухне. Тем не менее, барабаны для альбома мы уже прописали.

- То есть материал есть, и пластинка уже сложилась виртуально?

- Материал, конечно, есть, и мы уже приступили к его реализации. Наш басист Стас Марков прописал дома бас-гитару,  и сейчас мы начинаем делать остальное на компьютере (благо, теперь хоть компьютер есть, 15 лет назад и этого не было). По крайней мере, теперь у нас есть возможность хоть как-то выкрутиться. Конечно, все будет не очень адекватно мировой рок-культуре и современной рок-истории. Работаем по-советски, возвращаемся к «совку».

- В какие сроки планируете завершить работу над альбомом?

- В нашей стране в данной ситуации строить какие-то планы бессмысленно. Изначально мы вообще хотели снять хорошую студию на месяц, там все записать красиво, профессионально, грамотно - и в июне выпустить пластинку. Теперь мы понимаем, что у нас не будет ни студии, ни профессионализма, ни конкретных сроков. Мало того - как это выпускать, мы еще тоже не знаем. Возможно, нам придется просто за свои деньги печатать тираж и самим же его пытаться продавать на концертах. Теперь никто не знает, что будет дальше.

- Может и такое быть. Даже «Агата Кристи» так делала в свое время. В 2004-м «Триллер» она выпустила именно так.

- Я и говорю, что все возвращается обратно в «совок». Рекорд-компании не хотят выпускать пластинки, потому что нет смысла из-за абсолютной безнаказанности по отношению к пиратским скачиваниям из Интернета. И я прекрасно понимаю лейблы, они же умирают, как мухи осенью. Рынок встал, никто пластинки уже не продает и не покупает.

- А как ты относишься к распространенному мнению о том, что кризис должен как-то отвратить рок-музыкантов от тупого зарабатывания денег, стимулировать творческий рост? Тогда, дескать, произойдёт новый всплеск, и рок наконец-то преодолеет ситуацию безрыбья.

- Да нет, рок никогда и не попадал в эту ситуацию, соответственно, никогда из нее и не выйдет. Как все было, так и останется.

- Однако сейчас действительно очень трудно найти какие-то стоящие новые команды.

- Их всегда было трудно найти. Давай посмотрим, как с этим обстояло дело 20 лет назад. Где можно было найти альбом группы «Алиса»? Только среди своих. Переписывали с кассеты на кассету, а никто в широких массах «Алису» не знал. Точно так же переписывали и «Кино». Все они были андеграундными группами. В начале 90-х этот процесс встал на коммерческие рельсы. Тогда пытались сделать деньги на всем. И именно тогда появилась идея из русского рока сделать шоу-бизнес. Конечно же, все это убило его на корню. Причем, убило не сам рок. Как были хорошие артисты, так они и остались. Но они оказались погребены под кучей абсолютно бесталанных людей, которые делали какой-то оголтелый ширпотреб. Под маркой «рок-музыка» посредственности заполнили телевидение, радиостанции и т.д. Сейчас происходит то же самое. Ты вспомни, какие имена победили не так давно в номинации «рок-группа» на одной престижной музыкальной премии? «Алиса»? Нет. «ДДТ»? Нет. «Аквариум»? Что вы! «Калинов мост»? Помилуйте! «Гражданская оборона», может быть?

-  «Звери»?

- «Город 312» и «Токио». Вот наши рок-звезды! Хочется сказать всей стране: «Ребята, посмотрите на себя, вот чего вы достойны, вот к чему вы пришли, вот ваша рок-музыка». С нашей рок-музыкой она не имеет ничего общего вообще. Мы как были 20 лет назад рокерами, так ими и остались. Мы не имеем абсолютно никакого отношения к тому, что играют они. Ни к награждениям никаким, ни к номинациям, ни к этому гламуру - ни к чему подобному. Просто люди попытались поиграть в рок-музыку и в итоге заменили её каким-то суррогатом. А сейчас весь этот суррогат останется на поверхности, а общая масса людей будет думать, что это - российская рок-музыка. Между тем, рок как был в подвалах 20 лет назад, так там и остается. Вся интересная и думающая рок-музыка (чем она у нас всегда и славилась) до сих пор сидит в подвалах. Громадное количество хороших артистов сейчас играет концерты, пишет прекрасные песни и имеет такую же известность, какая была в свое время у группы «Кино». Песни переписываются друг у друга, сарафанным радио распространяются между городами, но о них не знает ни большинство людей, ни телевидение, ни радио.

- Ты хочешь сказать, что сейчас рок-музыкантам даже смысла нет как-то пытаться о себе заявить?

- Нет, пытаться-то надо, но они все должны прекрасно понимать, что в стране, которая поклонилась, так сказать, голой заднице и бутылке водки, невозможно ожидать какой-то популярности интеллектуальной и по-настоящему интересной музыки. Они все равно будут находить себе какую-то узкую аудиторию, но широкой известности не получат. Общее настроение, общая ментальность людей в этой стране находится ниже среднего уровня. То есть они просто варварские! Как может процветать рок в стране, где конкурс на лучшую уголовную песню проходит в Кремле?! Кремль - это символ России, а мы всегда говорили о том, что Россия - это история, офицерская честь, патриотизм, вековые устои. Вот они - все ваши вековые устои! Вот они, пожалуйста, любуйтесь! Господи, какой рок, вы что? Одни казармы, менты да бандиты по телеку по всем каналам. То одни хорошие, то другие. Вся страна слушает уголовщину и смотрит бесконечные телесериалы про ментов и бандитов.

- Особенно плачевно у нас обстоит дело с талантливыми женщинами в роке. Ты кого-то выделяешь на сегодняшний день?

-  Раньше мне много кто нравился - например, Светлана Сурганова мне действительно очень импонировала. Но мне кажется, что сейчас и Сурганова, и  Диана Арбенина стали вариться в какой-то своей кухне. Если раньше, когда они еще вместе играли в «Ночных снайперах», это все-таки были песни для всех, то сейчас они стали работать для очень узкого круга людей. У них даже сами песни изменились и стали про разборки в какой-то своей тусовке. Но их старые вещи до сих пор очень классно слушать, потому что в них любой человек что-то находит для себя.

- Согласен. Если раньше, послушав песню «Снайперов» «Кошка московская», каждая вторая девушка, живущая в Москве, могла бы сказать «Да, это обо мне», то сейчас такого эффекта нет.

- Да, сейчас это что-то такое совсем замкнутое, эротичное, происходящее в одной отдельно взятой квартире. Последние работы Земфиры мне тоже, например, не очень понятны. Мне кажется, у нее постоянно происходят какие-то свои внутренние раздоры, и прежде чем написать что-то великолепное, ей надо сначала разобраться с собой. Машка Макарова тоже какая-то потерянная. Жалко… Макарову жалко особенно. Настя Полева совсем ушла в какой-то академический андеграунд. Ольга Арефьева тоже непонятно, что сейчас делает. В общем, ярких женщин в роке не наблюдаю. Мара? Но это совсем что-то личное… Мне кажется, что все творчество Мары - это один большой ЖЖ.  То есть это интересно читать только ее подружкам или людям, которые живут такой же жизнью, как она сама. Мне, например, читать сплетни, слухи и дневники кого-то вообще не интересно, поэтому особо и не вижу женщин в роке. Хотя молодых девушек там наверняка там тоже хватает, просто они не на гребне волны.

Беседовал Д. Ступников, InterMedia
Специально для Шоубиз@Mail.ru